RusEng
RusEng
Facebook

Третье яблоко Ньютона

Издательство АСТ, 2012
Западные спецслужбы преследуют русскую женщину с уютным именем Варя, отменную кулинарку, любительницу Брюсова, Шекспира и водки с клюквенным соком. Варя возглавляет русский офис международного Инвестбанка. Москва выдвигает ее на один из ключевых постов в банке, но Запад не устраивает, что Россия «слишком широко шагает» и решает «замутить» против Вари дело. Сумеет ли распутать клубок интриг английский адвокат, эстет и сноб Мэтью Дарси, к чему приведет его стремление познать Варю и зачем ему знать, есть ли в России мухи...? Эти два действующих лица не успевают разобраться с собственной жизнью, а дело все разрастается – слежка, прослушивание, убийство, подозрения в шпионаже. Где истинный кукловод — в ЦРУ, Интеллидженс Сервис, а, может быть, и на Лубянке?

Отрывок из романа

Еще не было восьми, когда Мэтью вышел из подъезда дома Грейс. Ясное сентябрьское утро, над Лондоном прозрачные облака, которые в буквальном смысле слова парили в бледно-голубом небе. Он свернул за угол, подождал с минуту, пока не показался кэб, махнул рукой. Сев, стал просматривать почту, скопившуюся за ночь. На экране телефона высветился звонок:

— Мэтт, это Джереми. How are you doing, guy? 

— Fine, thank you, terribly busy, but that’s normal. 

— Мой партнер, Мартин, попросил меня одной дамой заняться, но я под завязку занят, хочу тебя попросить.

— У меня столько всего, что не переварить. Мы же не то, что вы в DLA. Это у вас уголовных адвокатов подкармливают коммерческие. А у нас маленький уголовный бутик, нас только ноги кормят. Сам знаешь, у нас у каждого клиентов больше, чем стоило бы по-хорошему.

— Мэтт, это особенное дело. Я бы и сам взялся, но, правда, не могу. К тому же эта женщина от Мартина пришла, не хотелось бы направлять ее к первому встречному. Ты же у нас самый лучший.

— Джереми, я уже сказал, у меня под завязку. 

— Мэтт, она русская, дело с международным размахом. Как раз по тебе. Мартин ее знает много лет, говорит, вполне smart. У нее в Инвестбанке корпоративное расследование, там работы-то всего — ее консультировать, пока оно идет. Ни допросов, ни поездок в тюрьму, ни судов. Ты в топ-десятке, ты обаятельный, чуткий. Ну что тебе стоит? Кстати, знаешь, кого прислали ее допрашивать? Твоего заклятого друга Шуберта!

— Корпоративное расследование, на которое вызывают из Вашингтона следователя? Бывшего главного фэбээровца по белым воротничкам? А чего она натворила? 

— Откуда я знаю! Мартин тоже особо не разбирался. Так, договорились?

— Ладно, присылай.

Мэтью позвонил по телефону, оставленному приятелем, наговорил сообщение на автоответчик и занялся делами. К обеду, когда он уже почти забыл об утреннем разговоре, раздался звонок. Женский голос на неплохом английском, невнятно и путано объяснял в целом тривиальную ситуацию. Баба что-то с кем-то не поделила, вот ее и мордуют. Был бы криминал, передали бы сразу в полицию, сами мараться не стали бы. Значит, разбираются по внутренним процедурам, но при этом зачем-то привезли Шуберта. Мэтью становилось интересно. 

Ближе к семи ресепшн доложил, что к нему пришел «visitor». Мэтью захватил блокнот и спустился в переговорную. В комнате сидела растрепанная женщина под пятьдесят со скорбным выражением лица. Мэтью видел такое выражение по шесть раз в году все последние двадцать лет. Женщина пила чай, а свой скарб разложила по всему офису. Типично русская тетка, что толпами ходят с кошелками по «Хэрродсу»: Мэтью отметил, что сумка, как водится у русских, Louis Vuitton, а на неряшливо брошенном на стул пальто с вывернутым наизнанку рукавом нашит лейбл Dolce&Gabbana. Удивительное дело, насколько русские любят покупать все одинаковое, платят totally insane money только за брэнды и в результате все ходят, как в униформе, — за километр видно, что русские. Мэтью отбросил эти ненужные мысли и настроился на душевный профессиональный разговор. 

— Ну что, Варвара, отбились? Теперь рассказывайте мне все спокойно, с самого начала и по порядку. 

Мэтью внимательно слушал сбивчивый рассказ женщины о событиях последних суток ее жизни. Отключался от ее эмоциональных отступлений, записывал факты, переспрашивал, уточнял. Женщина нервничала и все пыталась объяснить ему что-то, чего, по ее мнению, Мэтью не понимал. Мэтью не понимал только появление Шуберта, все остальное было тривиально. Это объяснение он найдет позже, а пока его дело — составить из путаного рассказа ясную канву и поддержать женщину, чтобы она собралась и включила мозги. Если они у нее есть. Возможно, она и smart, как с чужих слов сказал утром Джереми, но Мэтью пока этого не заметил. Собственно, ему это все равно. У него бывали всякие клиенты, умные, неумные… Раз взялся, надо работать. 

— Варя, — так вас правильно называть, да? — вы попали в серьезную ситуацию, и необходимо, чтобы вы это хорошо понимали. Все это — типичный Шуберт. Я с ним пару раз сталкивался на кейсах других моих клиентов. Он следователь, прокурор. И он не вел с вами собеседования, вы правильно это оценили. Это его стандартный перекрестный допрос, он пытался вас запутать, подловить на неточностях, обратить каждое ваше слово против вас. Подобным он занимался всю жизнь, он ничего другого не умеет делать. Я очень удивлен, что ваш банк пригласил именно его. Здесь есть какая-то подоплека, несомненно. Но сейчас не стоит на это отвлекаться, у нас будет время обсудить все подробно, с самого начала. Ведь начало — это не вчера, когда вы получили то самое письмо. И, возможно, даже раньше, чем этот человек, — Мэтью заглянул в свои записи, — Сериков, написал на вас жалобу. Мы не знаем, где начало. Об этом у нас тоже будет время поговорить потом. Сейчас главное, чтобы вы поняли, что Шуберт лихорадочно ищет любые факты, слова, записи, которые вам можно инкриминировать. Он заточен только на это. Вот, например, его вопрос про… — он опять заглянул в свой блокнот, — человека, в чьей квартире вы жили. Это типично легкий вопрос, который задают после вашего заявления, что вы не согласны с методом ведения допроса. Шуберт считает, что вы, услышав легкий вопрос, обрадуетесь и ответите. И вы именно это и делаете, как же иначе. Вы ведь обычный нормальный человек, вам скрывать нечего, в вопросе нет подвоха. Пока нет! С вами не было адвоката, который понимал бы технику допроса Шуберта. Шуберт тут же цепляется к вашим словам, вы уже оправдываетесь, он вас путает дальше, создавая картину, будто это вы путаетесь, меняете свои показания, что-то недоговариваете. Он рассчитывал, что как только вы окончательно запутаетесь, он задаст вам какой-то, по его мнению, «трудный» вопрос, вы на него не захотите ответить. А ведь еще минуту назад охотно говорили о своем приятеле. Это покажет ему, что тут-то и находится болезненная точка, что в этом направлении надо дальше копать. 

— Да, я понимаю.

— Я вас не пугаю. Ситуация хоть и очень серьезная, но вполне типовая. Не вы первая, не вы последняя. Она необычна только для вас, что совершенно понятно. Но для меня она стандартная. Если вы захотите, чтобы я представлял ваши интересы, мы с вами вместе будем над этой ситуацией работать, только и всего.

Мэтью знал, что на этом этапе разговора иногда клиенты начинают говорить о деньгах. Говорят, что подумают, сравнят его, Мэтью, с другими адвокатами. Это бывало не всегда, но когда случалось, раздражало Мэтью до крайности, потому что высвечивало людскую глупость. Во-первых, могли бы прикинуть до встречи, идут ли они к первому встречному или именно к Мэтью Дарси. Во-вторых, могли бы заранее узнать цены и понять, что его ставки не драконовские. Наконец, могли бы сообразить, что в уголовном преследовании дорога каждая минута, а мотаться по адвокатам, прикидывая, как бы не переплатить, — вообще идиотизм, не сумку же выбираешь, а человека, которому доверяешь судьбу. Этой женщине, судя по ее потухшим глазам, было не до шопинга, она сказала:

— Мэтью, я хочу, чтобы вы представляли мои интересы. Вас порекомендовали люди, которых я давно знаю и которым доверяю. Вы сразу откликнулись. У меня нет ни сил, ни оснований искать другого адвоката. 

— О’кей. Тогда давайте сначала поговорим, как вам довести это так называемое «собеседование» до конца. Хочу, чтобы вы понимали, что оказались в ситуации, которая хуже положения обвиняемого в криминальном следствии. Вы уже ухватили суть принципа естественного права. Все внутриведомственные расследования основаны на том, что человеку излагают факт или историю, которые потенциально порочат его, и дают возможность изложить собственную версию. А вас подвергли перекрестному допросу. Это техника допроса людей, обвиняемых в преступлении. Даже при предварительном следствии считается некорректным ее применять к подозреваемым. Но обвиняемые имеют право на защиту, на присутствие адвоката, который ограждает допрашиваемого от произвола, от запугивания и запутывания, которому вас подверг сегодня Шуберт. А вас и этого права лишили. Очень интересно!

— Да, все было именно так. Я рада, что вам интересно.

«Надо же, ирония!», — подумал Мэтью, водя ручкой по блокноту и не показывая своему новому клиенту, что услышал подтекст последней реплики. Вслух же сказал: 

— Вы сегодня сделали много ошибок. Волей-неволей позволили им втянуть себя в разговор по существу, но без правил, в рамках полной презумпции виновности. Это серьезная ошибка. Если бы я был рядом или если мы встретились бы вчера, многое было бы по-другому. Но теперь это уже не имеет значения. Вы сказали им, как я вас просил, что завтра вы хотели бы начать попозже?

— Да, мы начинаем в одиннадцать.

— Отлично. Значит, в восемь я вас жду. За ночь еще раз прочитаю все, что записал, утром мы все обсудим, и вы пойдете разговаривать с Шубертом спокойная и подготовленная. Устраивает?

— Конечно. Спасибо вам.

— Все будет хорошо. Вы молодец. Я вас покритиковал, чтобы вам просто была яснее логика этого следствия. Большинство людей в подобной ситуации сделало бы гораздо больше ошибок. А вы хорошо держали удар. Так что отдохните сегодня, это главное. Сил вам понадобится много, работа будет долгая, так и настраивайтесь. Причин впадать в отчаяние, никаких нет, Варя, вы слышите меня? Так что, до завтра? Восемь для вас не очень рано?

Это Мэтью спросил из чистой вежливости, на автомате. Было видно, что если бы он предложил этой женщине пить чай в его офисе и разговаривать всю ночь, та была бы только рада. Ей было страшно. Но Мэтью видел теперь, что уже не так страшно, как в начале разговора. Ее глаза делались все более осмысленными. Вполне возможно, что она действительно smart. 

— Вы кому-нибудь рассказывали об этом расследовании?

— Кроме Мартина никому, но, конечно, мои сотрудники представляют себе, что происходит. 

— А семье? У вас есть муж? Дети?

— Есть. Я им ничего пока не говорила.

— Я вас прошу, обязательно расскажите хотя бы мужу. 

— Зачем его нервировать, он же мне ничем не поможет…

— Дело не в его чувствах. Шуберт ему может позвонить, застать врасплох и вынудить отвечать на какие-то вопросы. Надо, чтобы ваш муж был готов к этому и просто отказался бы с ним говорить. В отличие от вас, у него нет обязательств перед банком, и Шуберт для него никто. Что бы он ни сказал, даже самое безобидное, все будет использовано против вас. Объясните ему это. 

— Хорошо. 

— Ну вот, теперь, наконец, прощаюсь с вами до завтра. — Мэтью мило улыбнулся. Они встали, дошли до лифта. — Варя, — он протянул ей руку, — рад был познакомиться.

Варя на метро доехала до дома, побродила по квартире, собираясь с духом позвонить Ивану. Сейчас он еще живет, ничего не подозревая, а через минуту она взорвет его мир… Варя набрала вашингтонский номер, хлопнув для куражу стопку текилы. «Вань, только без паники, ладно?..», — она в третий раз в этом разговоре прожила прошедшие сутки. Иван отреагировал по-мужски, спокойно, сказав лишь «бедный Вареныш». Варя не была точно уверена, насколько он прочувствовал катастрофичность ситуации, но если даже и нет, то и к лучшему. Пусть осознает постепенно, от глупостей она его — и себя — оградила с помощью Мэтью. Остальное сейчас не так важно. 

Утром она натянула первое попавшееся платье, собрала волосы в конский хвост — укладываться феном не было ни желания, ни времени, — накинула плащ и поехала на Чансери лэйн.

— Варя, доброе утро! — с утра Мэтью выглядел старше, чем накануне, и показался Варе более начальственным. Она приготовилась его слушать, хвататься за каждое его слово, как за соломинку. 

Мэтью опять разглядывал своего нового клиента: Варя была пособраннее, чем накануне, но выглядела какой-то серой мышкой. Странное коричневое платье с белой блузкой под ним смотрелось как школьная форма, волосы затянуты в pony-tail, на стуле белый плащ Burberry, другой вид униформы русских. Ни стиля, ни привлекательности. Но что не полная дура, это точно. 

— Я окончательно утвердился во мнении, что вам не следует больше о чем-либо говорить. В том, что заключение Шуберта будет плохое, обвинительное, уже сомневаться не приходится. Думаю, оно у него уже вчерне написано. Поскольку вы вчера уже по сути сказали, что не хотите разговаривать без конкретики, а ему страшно хочется услышать от вас еще что-то, что раскрасит его доклад новыми красками, я думаю, он может пойти на какую-то провокацию. Чтобы вас полностью деморализовать и заставить говорить все подряд. Сейчас уже девять? Позвоните-ка в свой офис, узнайте, нет ли новостей. Звоните с этого телефона, не трогайте свой мобильный.

— Ирина, как у вас дела?

— Варвара Васильевна, я как раз писала вам текст, чтобы вы позвонили. — Помощница, несмотря на свою обычную выдержку, говорила крайне нервно. — У нас ночью был обыск в офисе. Все перевернули вверх дном, забрали все компьютеры. В офисе только что пух от вспоротых подушек не летает. Все книги, папки — на полу. Я спросила у IT в чем дело, а они мне так спокойно сказали: «У вас был обыск, мы сейчас скачаем все с ваших хард-драйвов и вернем компьютеры к обеду». Я спрашиваю их: «А в связи с чем?», — а они мне опять так спокойно: «Потому, что против вашего офиса идет расследование…». Представляете? — Ирина пыталась взять себя в руки, но слышно было, что она на пределе. Варя пересказала разговор Мэтью.

— Я так и думал. Вы и весь ваш офис были в отпуске весь август. Шуберт уже весь офис пять раз мог обыскать. Нет, надо было это еще раз сделать напоказ. Стандартная провокация. Ну, нет худа без добра. Сейчас придете и скажете Шуберту следующее… Поняли? 

— Да, я все записала.

— А вечером, — он взглянул в свой календарь, — приезжайте, скажем, часов в пять. 

Мэтью снова проводил ее до лифта.

Варя открыла дверь комнаты допроса. Шуберт и его подручный стояли у окна, беседуя. Щуплая девица молча сидела за своим лэптопом.

— Продолжим. Сейчас одиннадцать утра десять минут, мы продолжаем интервью с руководителем российского офиса Варварой… — сказал Шуберт в микрофон. — Мы задали вам вчера перед завершением работы ряд вопросов, которые вы записали. Мы дали вам время на обдумывание, теперь ждем ответов. 

— Я проанализировала ваши вопросы, посмотрела свои записи, чтобы дать вам как можно более обстоятельные и правдивые ответы. Эти ответы у меня есть. Однако, к сожалению, утром я узнала, что в процессе вашего расследования за ночь произошла существенная эскалация. Вы произвели обыск без моего присутствия или уведомления. Вы забрали компьютеры, парализовав тем самым работу офиса, преследуя попутно и цель деморализовать, запугать моих сотрудников, которые утром пришли к столам, где были вверх дном перевернуты все документы, все папки. Я сделала вчера ряд заявлений, о том, что считаю ваше «интервью» не объективным, не исходящим из презумпции невиновности, предубежденным и нацеленным на то, чтобы получить как можно больше моих высказываний, которые вы используете затем как инкриминирующие меня. События прошедшей ночи лишь утвердили меня в моем убеждении о грубых нарушениях и предвзятости вашего расследования. Исходя из этого, я хочу заявить следующее: я отрицаю какие бы то ни было нарушения внутренних Правил банка, за исключением моей ошибки, допущенной по небрежности, которая состоит в нераскрытии оффшорной компании на формулярах банка. За эту ошибку я обязана и готова принести извинения как руководству банка, так и своему руководству в Москве. Вместе с тем заявляю, что в этой компании сосредоточены мои личные финансы. Более того, они раскрывались на формулярах банка все эти годы. Если бы у комплайенса имелись бы вопросы в связи с этими средствами, то у них было время обсудить это со мной. Вы их обсуждать не уполномочены. Иные нарушения внутренних Правил я, повторяю, отрицаю. Надеюсь, что эти слова останутся в стенограмме нашей «беседы». Доказать отсутствие нарушений я не могу, потому что вы не сформулировали ни одного конкретного нарушения. Это само по себе является фундаментальным и намеренным нарушением принципов любого служебного расследования. В этой связи, исходя из собственных интересов, из интересов сотрудников моего офиса и моего российского руководства, я не буду далее отвечать на ваши вопросы. 

— Это не в ваших интересах, Варвара, — Шуберт пустился в ответную речь. Варя молчала и записывала за ним, что успевала. Он вновь предложил ей продолжить разговор. Его коллега задал ей какой-то простой и нейтральный вопрос. Она записала его и подняла глаза на собеседников.

— Так что, вам нечего сказать даже по такому простому вопросу?

— Почему нечего? Но я уже заявила, что больше не буду отвечать на вопросы.

Шуберт и его коллега переглянулись и вышли из комнаты. Варя и щуплая девица сидели по разные стороны стола, молча глядя друг на друга. На лице девицы вообще не было никакого выражения, она не видела в Варе человека. Варя была спокойна. Мэтью ей очень помог, она была уже не одна. Минут через десять мужчины вернулись. Сев за стол, они, как ни в чем не бывало, задали ей следующий вопрос. Варя его записала. 

— Ну, — сказал Шуберт, — будете отвечать? 

— Нет.

— Понятно, вы не можете ответить на этот вопрос. Тогда у нас к вам есть еще один вопрос, может, вы сумеете ответить хотя бы на него… 

Они бились с ней еще не меньше получаса. В двенадцать они, произнеся под запись какое-то гадкое заключительное слово, попрощались с ней по очереди за руку. Варя пожелала им хорошей дороги домой. 

Она вернулась в офис, там уже все было более или менее прибрано, сотрудники сидели, угрюмо уткнувшись носом в бумаги. 

— Ну что, сходим все вместе на ланч? — предложила Варя…

После ланча она сказала ребятам, что ей надо ненадолго пойти по домашним делам. Решила немного прогуляться. Чудный теплый сентябрьский денек. Когда она могла позволить себе роскошь просто побродить по улицам среди дня? Спешить, ломать голову над поступившими документами сейчас незачем, надо думать, какой будет новая жизнь. В пять она вошла в угловое здание, где сидел Мэтью. 

Мэтью спустился в переговорную и удивился, что его новый клиент опять неуловимо поменялся. Варя как будто даже помолодела, а ее наряд, казавшийся утром странным, теперь придавал ей вид скорее симпатичной школьницы, нежели серой мышки. Во всяком случае, от растрепанной ново-русской тетки с магазинными кошелками, которой она ввалилась к нему в офис накануне, не осталось и следа. «Какие пятьдесят! — промелькнуло у него в голове, — сорок с хвостиком, не больше». Заглядывая в свои шпаргалки и вздыхая время от времени, как школьница у доски, новый клиент рассказывала ему, как прошел остаток собеседования.

— Могу себе представить, как разозлился Шуберт. Это ему не людей, сидящих в камере, допрашивать. — засмеялся Мэтью, — Давай, Варя, начнем работать, спокойно и системно. Расскажи мне в хронологическом порядке, все события твоей жизни, которые так или иначе попали в поле зрения Шуберта. 

— Сейчас расскажу, подожди. После обеда Шуберт поочередно допросил всех моих сотрудников.

— Вот как? А что против них тоже открыто расследование?

— Нет.

— Еще одно нарушение. Ну и как они?

— Нормально. Они молодцы. А что они могут ему рассказать? Разговор-то со мной был, сам знаешь, больше про мою компанию, про мои личные финансы. Шуберт про это же и расспрашивал моих ребят. Они про это ничего не знают, их это никогда не касалось. А как мы работали, Шуберта интересовало мало. 

— Ладно, тут мне все ясно. А сейчас расскажи мне весь круг своих обязанностей, как у вас построена работа, какими правилами регулируются твои отношения с президентом банка, с коллегами, с Москвой. Кому ты подчиняешься там, и как организовано взаимодействие… 

Вопросам не было конца. Они были простые, и Варя то и дело приходила в недоумение: неужели надо объяснять такие простые вещи? Она сама никогда не пыталась осмыслить всю систему своей работы, воспринимала ее как данность. Поняла, что Мэтью хочет понять устройство банка до тонкостей, чтобы встроить в этот контекст факты, связанные с расследованием. Они проработали до позднего вечера.

— Я в воскресенье вечером полечу в Москву.

— Правильно. А как ты сегодня проинформировала руководство?

— Послала сухой факс на полстраницы.

— Правильно. А с кем будешь встречаться в Москве?..

Они проговорили еще полчаса. Мэтью сделал еще один шаг к пониманию устройства ее рабочего мирка. Потом распрощались, договорившись, что в понедельник она ему позвонит…

В Москве Варя пробыла три дня. Конечно, все восприняли происшедшее как ЧП вовсе не районного масштаба. Она решила не говорить пока с первыми лицами. Материала мало, и пусть лучше первых лиц к новой ситуации подготовят их заместители. Ей пока нечего предложить. А рассказывать, как ее допрашивал Шуберт, — для этих подробностей и деталей правильные собеседники — как раз люди ее уровня. Помимо чиновников, повстречалась с двумя-тремя бизнесменами из первого эшелона, отношениями с которыми особенно дорожила. Пусть они узнают все от нее, а не от других. К ней возвращалось если не спокойствие, то, по крайней мере, понимание, что и зачем она делает. Она потихоньку привыкала к новой реальности. Разговоры с коллегами помогали ей самой формировать собственную оценку происшедшего, в котором самое гадкое было то, что это репутационный удар по правительству, и она, так или иначе, к этому, как минимум, причастна. 

Варя вернулась в Лондон и на следующий день появилась у Мэтью. 

— Ты хорошо выглядишь. Пришла в себя. Как прошли встречи в Москве? Рассказывай, что считаешь нужным. Мне важно знать все, потому что от позиции Москвы, от того, насколько тебя будет поддерживать твое руководство, будет зависеть во многом наша с тобой линия в отношении доклада Шуберта, когда этот доклад появится. 

Они проработали опять часа два, Варя прикидывала в уме, во что ей только в этом месяце обойдется Мэтью, и скрипела зубами. Да уж, влипла. Но тут уж ничего не поделаешь.

— Так, давай наметим план на понедельник. Ты ведь сможешь прийти в понедельник? Мне лучше ближе к вечеру.

— Как скажешь, у нас после пяти только текущая работа, заседаний не бывает. 

— К пяти и приходи. Сегодня попроси, чтобы тебе прислали все счета из Швейцарии. Все сама проанализируй, постарайся припомнить каждый платеж. Это твое домашнее задание на выходные, а в понедельник будем это вместе разбирать.

— А Шуберт меня ничего про это не спрашивал. Эта тема не может возникнуть в его докладе.

— Во-первых, не только может, но и обязательно возникнет. Шуберт не спрашивал, потому что не было смысла — он же не сможет перепроверить. Он сам напишет, что вы там лоббировали русские проекты, а ты собирала за это деньги на своем оффшоре.

— Но это же будет клевета. Совершенно бездоказательная. Это «во-первых». А что «во-вторых»? Я тебя перебила, извини.

— А во-вторых, это нам все равно понадобится, если внутреннее расследование перерастет в уголовное.

— Что?! Как это может быть?

— Как это может быть, я не знаю. И не утверждаю, что есть серьезная вероятность такого поворота. Но ничего нельзя исключать. У Шуберта по прошлой работе самые тесные связи со следственными органами Великобритании, да и многих других стран. У руководства твоего банка — тоже. Сейчас не надо тратить время на размышления, у кого какие мотивы. Сейчас мне надо хорошо понимать фактическую сторону дела. 

— Мэтью, этого не может быть! Скажи, что этого не может быть.

— Этого скорее всего не будет. Но я твой адвокат, Варя. Я обязан предвидеть самые плохие варианты. Этого нельзя полностью исключать.

— Мэтт, но ведь для полиции должны быть какие-то основания этим заниматься. А что тут есть? Непонятная жалоба, которую никто в глаза не видел, а в остальном куча грязных предположений Шуберта, под которыми не будет никакой основы. Потому что ее нет, этой основы! Никто не платил мне денег! Если даже предположить, что кто-то скажет иное, это будет всего лишь новая клевета. Ведь фактов нет и быть не может!

— Более того, не видно и мотивов. По крайней мере, у твоего банка. Зачем им нужен такой скандал? Тем не менее, как говорится, надейся на лучшее, готовься к худшему. Ты только знай, что даже это — не конец света. Мы справимся и с этим, если, не дай бог, придется.

— Мэтью, ты меня сейчас просто… Ну ладно, это все эмоции. Между тем, я должна тебе еще кое-что рассказать…

— Рассказывай все, что считаешь нужным. Никогда не знаешь, что относится к делу, что нет. 

— Ты знаешь… В общем, Мэтт, у меня тут есть друг…

— Друг…

— Ну да. В общем, у меня достаточно близкие отношения с одним человеком. Он из Германии, глава одного представительства… тут, в Лондоне. Он по роду работы иногда контактирует с нашим банком, мы так и познакомились… Ну, вот. Я не знаю, имеет ли это отношение к нашей с тобой работе…

Мэтью впервые за этот разговор поднял голову от своих бумаг и уже с нескрываемым интересом посмотрел на Варю. Школьница в коричневом платье смотрела ему прямо в глаза, слегка смущенно. Не глаза, а глазищи! А он только сейчас заметил…

— Я не знаю пока, имеет ли это отношение к ситуации, но я себе пометил.

— Я как раз сегодня вечером собиралась к нему. Не знаю, как лучше… Мне стоит ему рассказать про эту историю?

Мэтью снова посмотрел на нее с интересом. Интерес был только в глазах. Лицо хранило полную невозмутимость: 

— Варя, тут я тебе ничего не могу посоветовать. Ты доверяешь этому человеку?

— Я уже не знаю, кому я доверяю, кому нет.

— Ты сама ответила на свой вопрос. Тогда не рассказывай. 

Варя вышла из офиса Мэтью и направилась к метро. Не на свою ветку, а на Северную, которая вела в Белсайз-парк, где жил Рольф. Всю дорогу она размышляла, как ей лучше поступить.

Рецензии на книгу
Отзывы читателей
Зам. глав. ред. Елизавета Кривощекова:
23.05.2012. «Коммерческие вести»
Читать эту книгу стоит хотя бы для того, чтобы понаблюдать за странным, далеким от большинства российских граждан, таинственным миром глобальных денег.
читать дальше
Героиня книги Варвара возглавляет русский офис международного Инвестбанка. Московское руководство намеревается выдвинуть ее на один из ключевых постов банка, но странным образом именно в этот самый момент она оказывается в центре сомнительного дела, которое, начавшись как внутрибанковское расследование нарушений корпоративной этики, превращается в уголовное преследование. Варвару обвиняют в коррупции в международном масштабе. Лондонские друзья подыскивают ей известного адвоката, который, к сожалению, не находит ни русскую, ни ее историю интересными для себя. Однако дело раскручивается все сильней — слежка, прослушивание, убийство — и все это заставляет адвоката изменить свое отношение к Варваре. Понятное дело, что он «входил в десятку лучших уголовных адвокатов Британии, хотя ему было лишь сорок пять, что для его профессии возраст почти юный». И вообще Мэтью Дарси «в свои сорок пять уже был уверен, что знает все, включая и истину о том, что познание бесконечно. Он радовался жизни, почти как в детстве, считал себя достигшим всего <...>, и даже большего. Он любил жизнь и те ее удовольствия, которые за долгие годы сам тщательно отобрал. Главным из них был, пожалуй, процесс познания». В общем, за судьбу Варвары скорее всего можно не волноваться.. Елена КОТОВА — писатель, публицист, экономист-международник, кандидат экономичских наук, автор журналов «Огонек», «СНОБ», «Русский пионер». Как особо оговаривают издатели, роман полностью основан на реальных событиях и для автора во многом автобиографичен.
закрыть
Станислав Игуменцев:
12.07.2012. «Красная звезда»
В издательстве АСТ вышел новый роман Елены Котовой — «Третье яблоко Ньютона». Имя автора пока мало известно широкой читательской аудитории, но у неё, по мнению литературных критиков, большое творческое будущее.
читать дальше
После прошлогоднего появления в книжных магазинах её первого романа «Легко!» скупой на похвалы писатель и главный редактор «Литературной газеты» Юрий Поляков заявил: «Елена Котова возрождает лучшие традиции великосветского романа, характерного для русской литературы XIX века». «Третье яблоко Ньютона» повествует о нравах, царящих в международных финансовых кругах, о происходящем «за кулисами». Большие деньги, цинизм банковской элиты, интриги спецслужб... В центре повествования Варя, возглавляющая российский офис международного инвестбанка в Лондоне. Признанный профессионал в финансовой сфере, но «наивная дурочка» в вопросах реальной политики сильных мира сего. Её попытка занять один из ключевых постов в банке оборачивается контригрой американских и британских партнёров, не заинтересованных в укреплении позиций России в банковском сообществе. Сразу несколько западных спецслужб плетут свои интриги, оборачивающиеся обвинениями россиянки в нарушении корпоративной этики и последующим уголовным преследованием. Автор романа держит читателя в постоянном напряжении. Действие книги переносится из Лондона в Вашингтон, из Нью-Йорка в Москву — динамика событий нарастает, а к разгадке читатель долго не приближается. «Шпионская линия» в романе довольно удачно переплетена с любовными переживаниями главных действующих лиц: Вари и пришедшего ей на помощь британского адвоката Мэтью Дарси. «Третье яблоко Ньютона» — редкая в нынешней российской литературе история о современных успешных и образованных людях. Возможно, Варя и не совсем типичная «новая русская». Не совсем потому, что сохранила человеческие качества, стремится содействовать возвышению России, деньги не стали для неё самоцелью. К этому надо добавить, что новый роман Елены Котовой по сути полностью основан на реальных событиях и во многом автобиографичен. Она долгое время жила и работала в США, Великобритании и Германии. Сотрудник Международного валютного фонда, Всемирного банка, топ-менеджер крупных российских банков ВЭБ и ВТБ, директор от России в Европейском банке реконструкции и развития. Вынужденная покинуть Лондон и выбитая из привычной орбиты жизни, Елена сумела найти себя в новых ипостасях. Стала постоянным автором журналов «Огонёк», «СНОБ», «Русский пионер», её перу принадлежит немало глубоких статей на экономические темы. Параллельно она раскрыла в себе литературный дар, своего издателя ждёт её третий роман, она мечтает экранизировать написанное.
закрыть
Лев Московкин:
12.08.2012. «Московская правда»
«Исповедь международного финансового авторитета: игра в секс-бисер на минном поле» «...В каждом действии вроде ничего особенного, но его место или время, зачастую само имя его действуют, живут собственной жизнью. Слова обретают двойные смыслы. Взаимодействие персонажей приносит сексуальное удовлетворение сильнее технически простого секса. Роман Котовой – прежде всего высококачественный детектив, созданный одновременно на новом уровне гуманитарных технологий творчества и современном международном материале текущих событий. Некоторые художественные изыски романа вполне самодостаточны. Например, описание растерянной русской "кошелки" в офисе британского адвоката. Поучительные пересказы перекрестного допроса в форме беседы. Отражение типичных реакций на естественные международные претензии России "захапать должность" в Инвестбанке со стороны "мелких и убогих стран", протест "внезапно народившихся демократий" Прибалтики – на фоне демонстративной публичной поддержки США, организовавших дискриминацию России. Или, например, описания города чудес в стране чудес Москвы и имперского города Санкт-Петербурга. "Почему в обоих городах, а скорее всего во всей стране эти неукротимые страсти, неудержимые эмоции, почему даже неглупые люди попирают тут устои и сходят с ума. Зазеркалье..." – элитарный британский адвокат, 400 фунтов в час, не может понять сам себя в этой стране.»
читать дальше
полная версия рецензии: http://leo-mosk.livejournal.com/1278604.html
закрыть
Ксения Колокольцева:
05.09.2012. «Литературная газета», №35 (6382)
Под кодовым названием «Каштанка» Сразу хочу оговориться: перед нами явление массовой литературы. Это означает, что не следует искать здесь стилистических изысков и смысловых подтекстов, не нужно ждать после прочтения переживания катарсиса. Массовая литература бывает как минимум двух видов. Низкопробного – этакая донцовщина – и более-менее высокопробного – гришковщина, т.е. приблизительно уровень Гришковца и иже с ним. Однако всё же не стоит недооценивать художественные достоинства массовой литературы. Их мало, как грибов в засушливое лето, но они есть. Например, увлекательность. В современной литературе очень много скучных, мёртвых книг. Дочитать их до половины – большой и чаще всего бессмысленный труд. Читать роман Елены Котовой интересно. Автор, экономист-международник, пишет о той сфере, которую хорошо знает. Не зря в аннотации сказано: роман целиком и полностью основан на реальных событиях и во многом автобиографичен. Достоверно описан сложный банковский мир с его интригами и теневыми сторонами, с опасностями и выгодами; неизменное финансовое и политическое противостояние России и Запада; коррупция международного масштаба. Кроме того, по композиции роман гармоничен и соразмерен. Поступки героев мотивированны, их портреты выразительны. Текст держит в напряжении, то есть с энергетической точки зрения вполне убедителен. Автору удалось создать свой мир, тревожный и дерзкий, в котором возможно всё: взлёты и падения, страх и восторг, пусть даже это всего лишь восторг аферы. Есть в «Третьем яблоке Ньютона» и ирония, и юмор, и теплота человеческих отношений, которая трогательно смотрится на фоне хищных банковских операций.
читать дальше
Не обошлось и без упоминания классиков. Приятно, что их знают и любят даже в банковской сфере: «– Кстати, как называется эта компания? – Неважно. Наш Крис большой поклонник Чехова. Я сам не читал, но разделяю его высокие оценки. Она проходит у нас под кодовым названием «Каштанка». Это собака такая, в каком-то рассказе Чехова». Есть романы, которые стоит дочитать до конца. Хотя бы потому, что это познавательно. Роман Елены Котовой «Третье яблоко Ньютона» именно такой.
закрыть
Евгений Белжеларский:
08.10.2012. журнал «Итоги» №41 / 852
Котовский роман буквально пропитан англоманией во всех видах и формах. Герои увлекаются английским роком, они буквально живут под «Лестницу в небо» Led Zeppelin. Британская юриспруденция описана в самых восторженных тонах, а главное — с редкими подробностями. Читаешь остросюжетную вещь, а заодно получаешь неплохой ликбез по английскому прецедентному праву, узнаешь историю Палаты лордов, которая ковала его веками. Мотив англо-германо-американского противостояния тоже как будто вшит в ткань сюжета. Оторваться от этой книги непросто. По сравнению с прошлым романом «Легко!» «Третье яблоко» — огромный шаг вперед. Взяв с собой эту книгу в отпуск или командировку, читатель уж точно не разочаруется. Как знать, может, и впрямь финансовая стезя Елены Котовой отняла у читателя отменного беллетриста.
Елена Волпянская
«Мне ТАК понравилось. Это ТАК тонко. ТАК захватывает. ТАК умно, ТАК смешно, грустно, страшно, интересно. Там и про жизнь английскую, и всякие смешные и ужасные спецслужбы и даже про балет и всякую другую музыку. Автор, по-моему, здорово выросла».
Татьяна Сарахова
«Еще не все прочитала, но уже под впечатлением. В нашей русской литературе не было такого писателя. Как только начала читать первые абзацы романа, тут же поймала себя на том, что я затягиваю петлю на мозгах, чтобы ничто и никто не проник и не помешал насладиться погружением в тему».
Сергей Любимов
«Вернулся с презентации, или как это называется, последней вышедшей книги Лены Котовой. Честно говоря, ехал из-за чувства долга… Но получил достойную компенсацию — и Лена, и вечер были великолепными. Предвкушаю чтение ее книги, нагло отобранной мной у одного приличного мальчика».
Владимир Мехонцев
«Я просто в восторге от Лены и ее презентации. Я знал многое из той истории про уголовное преследование, но никак не связывал ее с Леной. И, более того, скажу, моя тогдашняя оценка ситуации была достаточно критической. Но сегодня я круто изменил свою точку зрения, когда услышал информацию из первых уст. Я очень благодарен за такое приглашение, за знакомство с удивительной женщиной. Умница, красавица, удивительный человек! Книги ее обязательно перечитаю. А статьи ее, оказывается, я уже читал. Сегодняшний вечер был для меня одним из самых дорогих, насыщенных и умных вечеров-презентаций изо всех, в которых мне доводилось участвовать».
Cler Poly
«Елена, прочитала Вашу вторую книгу. Хочу выразить восхищение Вашей стойкостью, силой и гибкостью ума. Банально боюсь прозвучит, но фраза "талантливый человек …" по-моему про Вас. Спасибо большое за несколько часов пролетевших как несколько минут».
Сергей Громак
«Дело в том, что мне очень не хватало отечественных книг именно такого жанра. У нас ведь чего только не пишут! И философскую прозу, и детективы, и фэнтези (не к ночи будет помянуто). А историй о современных, успешных, образованных людях — нет. Так что Вы выступили первопроходцем, за что Вам огромное спасибо. Очень давно не читал отечественных книг, с героями которых находишь немало общего и с которыми в чём-то отождествляешь себя. Давно не читал отечественных книг, от которых остаётся светлое настроение. Очень хотелось бы, чтобы вдохновение Вас не оставляло, и чтобы Вы порадовали нас еще многими и многими книгами».
Рецензии на книгу
Зам. глав. ред. Елизавета Кривощекова:
23.05.2012. «Коммерческие вести»
Читать эту книгу стоит хотя бы для того, чтобы понаблюдать за странным, далеким от большинства российских граждан, таинственным миром глобальных денег.
читать дальше
Героиня книги Варвара возглавляет русский офис международного Инвестбанка. Московское руководство намеревается выдвинуть ее на один из ключевых постов банка, но странным образом именно в этот самый момент она оказывается в центре сомнительного дела, которое, начавшись как внутрибанковское расследование нарушений корпоративной этики, превращается в уголовное преследование. Варвару обвиняют в коррупции в международном масштабе. Лондонские друзья подыскивают ей известного адвоката, который, к сожалению, не находит ни русскую, ни ее историю интересными для себя. Однако дело раскручивается все сильней — слежка, прослушивание, убийство — и все это заставляет адвоката изменить свое отношение к Варваре. Понятное дело, что он «входил в десятку лучших уголовных адвокатов Британии, хотя ему было лишь сорок пять, что для его профессии возраст почти юный». И вообще Мэтью Дарси «в свои сорок пять уже был уверен, что знает все, включая и истину о том, что познание бесконечно. Он радовался жизни, почти как в детстве, считал себя достигшим всего <...>, и даже большего. Он любил жизнь и те ее удовольствия, которые за долгие годы сам тщательно отобрал. Главным из них был, пожалуй, процесс познания». В общем, за судьбу Варвары скорее всего можно не волноваться.. Елена КОТОВА — писатель, публицист, экономист-международник, кандидат экономичских наук, автор журналов «Огонек», «СНОБ», «Русский пионер». Как особо оговаривают издатели, роман полностью основан на реальных событиях и для автора во многом автобиографичен.
закрыть
Лев Московкин:
12.08.2012. «Московская правда»
«Исповедь международного финансового авторитета: игра в секс-бисер на минном поле» «...В каждом действии вроде ничего особенного, но его место или время, зачастую само имя его действуют, живут собственной жизнью. Слова обретают двойные смыслы. Взаимодействие персонажей приносит сексуальное удовлетворение сильнее технически простого секса. Роман Котовой – прежде всего высококачественный детектив, созданный одновременно на новом уровне гуманитарных технологий творчества и современном международном материале текущих событий. Некоторые художественные изыски романа вполне самодостаточны. Например, описание растерянной русской "кошелки" в офисе британского адвоката. Поучительные пересказы перекрестного допроса в форме беседы. Отражение типичных реакций на естественные международные претензии России "захапать должность" в Инвестбанке со стороны "мелких и убогих стран", протест "внезапно народившихся демократий" Прибалтики – на фоне демонстративной публичной поддержки США, организовавших дискриминацию России. Или, например, описания города чудес в стране чудес Москвы и имперского города Санкт-Петербурга. "Почему в обоих городах, а скорее всего во всей стране эти неукротимые страсти, неудержимые эмоции, почему даже неглупые люди попирают тут устои и сходят с ума. Зазеркалье..." – элитарный британский адвокат, 400 фунтов в час, не может понять сам себя в этой стране.»
читать дальше
полная версия рецензии: http://leo-mosk.livejournal.com/1278604.html
закрыть
Ксения Колокольцева:
05.09.2012. «Литературная газета», №35 (6382)
Под кодовым названием «Каштанка» Сразу хочу оговориться: перед нами явление массовой литературы. Это означает, что не следует искать здесь стилистических изысков и смысловых подтекстов, не нужно ждать после прочтения переживания катарсиса. Массовая литература бывает как минимум двух видов. Низкопробного – этакая донцовщина – и более-менее высокопробного – гришковщина, т.е. приблизительно уровень Гришковца и иже с ним. Однако всё же не стоит недооценивать художественные достоинства массовой литературы. Их мало, как грибов в засушливое лето, но они есть. Например, увлекательность. В современной литературе очень много скучных, мёртвых книг. Дочитать их до половины – большой и чаще всего бессмысленный труд. Читать роман Елены Котовой интересно. Автор, экономист-международник, пишет о той сфере, которую хорошо знает. Не зря в аннотации сказано: роман целиком и полностью основан на реальных событиях и во многом автобиографичен. Достоверно описан сложный банковский мир с его интригами и теневыми сторонами, с опасностями и выгодами; неизменное финансовое и политическое противостояние России и Запада; коррупция международного масштаба. Кроме того, по композиции роман гармоничен и соразмерен. Поступки героев мотивированны, их портреты выразительны. Текст держит в напряжении, то есть с энергетической точки зрения вполне убедителен. Автору удалось создать свой мир, тревожный и дерзкий, в котором возможно всё: взлёты и падения, страх и восторг, пусть даже это всего лишь восторг аферы. Есть в «Третьем яблоке Ньютона» и ирония, и юмор, и теплота человеческих отношений, которая трогательно смотрится на фоне хищных банковских операций.
читать дальше
Не обошлось и без упоминания классиков. Приятно, что их знают и любят даже в банковской сфере: «– Кстати, как называется эта компания? – Неважно. Наш Крис большой поклонник Чехова. Я сам не читал, но разделяю его высокие оценки. Она проходит у нас под кодовым названием «Каштанка». Это собака такая, в каком-то рассказе Чехова». Есть романы, которые стоит дочитать до конца. Хотя бы потому, что это познавательно. Роман Елены Котовой «Третье яблоко Ньютона» именно такой.
закрыть
Евгений Белжеларский:
08.10.2012. журнал «Итоги» №41 / 852
Котовский роман буквально пропитан англоманией во всех видах и формах. Герои увлекаются английским роком, они буквально живут под «Лестницу в небо» Led Zeppelin. Британская юриспруденция описана в самых восторженных тонах, а главное — с редкими подробностями. Читаешь остросюжетную вещь, а заодно получаешь неплохой ликбез по английскому прецедентному праву, узнаешь историю Палаты лордов, которая ковала его веками. Мотив англо-германо-американского противостояния тоже как будто вшит в ткань сюжета. Оторваться от этой книги непросто. По сравнению с прошлым романом «Легко!» «Третье яблоко» — огромный шаг вперед. Взяв с собой эту книгу в отпуск или командировку, читатель уж точно не разочаруется. Как знать, может, и впрямь финансовая стезя Елены Котовой отняла у читателя отменного беллетриста.
Отзывы читателей
Елена Волпянская
«Мне ТАК понравилось. Это ТАК тонко. ТАК захватывает. ТАК умно, ТАК смешно, грустно, страшно, интересно. Там и про жизнь английскую, и всякие смешные и ужасные спецслужбы и даже про балет и всякую другую музыку. Автор, по-моему, здорово выросла».
Татьяна Сарахова
«Еще не все прочитала, но уже под впечатлением. В нашей русской литературе не было такого писателя. Как только начала читать первые абзацы романа, тут же поймала себя на том, что я затягиваю петлю на мозгах, чтобы ничто и никто не проник и не помешал насладиться погружением в тему».
Сергей Любимов
«Вернулся с презентации, или как это называется, последней вышедшей книги Лены Котовой. Честно говоря, ехал из-за чувства долга… Но получил достойную компенсацию — и Лена, и вечер были великолепными. Предвкушаю чтение ее книги, нагло отобранной мной у одного приличного мальчика».
Владимир Мехонцев
«Я просто в восторге от Лены и ее презентации. Я знал многое из той истории про уголовное преследование, но никак не связывал ее с Леной. И, более того, скажу, моя тогдашняя оценка ситуации была достаточно критической. Но сегодня я круто изменил свою точку зрения, когда услышал информацию из первых уст. Я очень благодарен за такое приглашение, за знакомство с удивительной женщиной. Умница, красавица, удивительный человек! Книги ее обязательно перечитаю. А статьи ее, оказывается, я уже читал. Сегодняшний вечер был для меня одним из самых дорогих, насыщенных и умных вечеров-презентаций изо всех, в которых мне доводилось участвовать».
Cler Poly
«Елена, прочитала Вашу вторую книгу. Хочу выразить восхищение Вашей стойкостью, силой и гибкостью ума. Банально боюсь прозвучит, но фраза "талантливый человек …" по-моему про Вас. Спасибо большое за несколько часов пролетевших как несколько минут».
Сергей Громак
«Дело в том, что мне очень не хватало отечественных книг именно такого жанра. У нас ведь чего только не пишут! И философскую прозу, и детективы, и фэнтези (не к ночи будет помянуто). А историй о современных, успешных, образованных людях — нет. Так что Вы выступили первопроходцем, за что Вам огромное спасибо. Очень давно не читал отечественных книг, с героями которых находишь немало общего и с которыми в чём-то отождествляешь себя. Давно не читал отечественных книг, от которых остаётся светлое настроение. Очень хотелось бы, чтобы вдохновение Вас не оставляло, и чтобы Вы порадовали нас еще многими и многими книгами».
Период полураспада

Период полураспада

Издательство «Вече», 2014
Роман необычен. В художественной ткани повествования живут и действуют реальные люди, хорошо известные как по прошлой (нарком Орджоникидзе, композитор Хачатурян, скрипач Ойстрах, по­сол США в России Гарриман), так и по нынешней истории (мэр Лужков, магнаты Ходорковский и Гусинский, банкир Ге­ращенко). Действие романа начинается в первый день XX века в Там­бове, в большой и дружной дворянской семье, где растут семе­ро сестер и братьев, а заканчивается в первый день XXI века среди небоскребов Нью-Йорка, где живут два мальчика пятого поколения семьи, едва знакомые между собой. Между этими вехами — неожиданные зигзаги судеб, уют житейской рутины, видимые и невидимые конфликты, умение справляться с ис­пытаниями вечного полураспада жизни каждого поколения на «до» и «после». И, конечно, вопросы, на которые мы до сих пор ищем ответы, в том числе, вопрос, актуальный сегодня до боли — почему семейная история, начавшись в идиллии про­винциального Тамбова, через пять поколений, завершается на атлантическом берегу Нового Света. Новая книга Елены Котовой — это поистине роман века, от­важное художественное произведение с правдивой докумен­тальной основой.